Мурад Вильфрид Хофманн о Исламской культуре

Я знал, что испанские христиане, восстановив свое господство в
стране, варварски разрушили все мечети от Малаги до Гренады и от Севильи до Толедо. В Кордове прекрасное здание Альгамбры было спасено от полного разрушения только потому, что была возможность превратить его в христианский собор. Позднее, в 19 веке, такая же участь постигла пятничную мечеть в Алжире. Точно также я знал, что напрасно было бы сегодня искать в Сербии и Греции хотя бы одну мечеть из сотен, построенных там в годы Османского правления. В Белграде уцелела только одна не имеющая никакой архитектурной ценности мечеть, которая не была разрушена, подобно всем остальным. Какое вопиющее несоответствие! Мусульманские завоеватели не только разрешали продолжать христианское богослужение в существовавших храмах, но, более того — они разрешали строить и новые церкви в странах, находившихся под их властью. Что может вызвать у иностранных туристов восхищение более сильное, чем-то, которое они испытывают при виде известной византийской церкви Чора, или православных греческих и армянских соборов в Стамбуле? Если мусульмане были бы столь же непримиримы, как христиане, то что могло бы остаться до наших дней от сербских монастырей и храмов в таких областях, как Лек Охрид, Граканика, Декани, Сопокани, Пек, Студеника?

Что осталось бы от величественной Айи Софии в Стамбуле? Очевидное различие между христианской непримиримостью и мусульманской терпимостью берет начало от точного и недвусмысленного Коранического требования проявлять терпимость по отношению к верующим из числа «людей Писания», требования, ставшего четкой и детализированной юридической нормой, направленной на защиту меньшинств и иностранцев. 256-й аят суры «Корова» прямо гласит: «Нет принуждения в религии!». Религиозный плюрализм разрешается в 48-ом аяте 5-ой суры «Трапеза» как стимул для того, чтобы стараться опередить друг друга в добрых делах, угодных Аллаху. А 8-ой аят 42-ой суры «Совет» говорит вполне ясно: «А если бы Аллах пожелал, то сделал бы вас общиной единой». Такую терпимость можно лучше понять, если знать, что мусульмане считают Христа величайшим из иудейских пророков: «…и что открыли Мы тебе и что завещали Ибрахиму, и Мусе, и Исе.» (Аврааму, Моисею и Иисусу) (сура 42, аят 13). В условиях толерантного Исламского законодательства, регулирующего права и привилегии меньшинств, христианам разрешено самим организовывать дела своей общины и отправлять свой культ в собственных храмах. Немусульмане освобождались от военной службы взамен уплаты справедливого налога джизьи еще задолго до того, как возникла идея отказа от военной службы «по зову совести». Правда и то, что шафиитские факихи запрещали звонить в церковные колокола. Однако разве сравнима такая дискриминация с тем, что христианские правители запрещали не только призыв муэдзина на молитву, но и сам Ислам.