Исторический очерк города Иревань (Эривань)

UPHz9CBd-0k

Город Иреван(Эривань) был основан в начале XVI века как опорная крепость Сефевидской (тюрко-азербайджанской) империи на границе с Османской империей. Чтобы остановить продвижение османов на восток, шах Исмаил I Сефеви в 1515 году приказал построить на реке Зенги крепость. Строительство было поручено везирю Реван-гули хану. Отсюда и название крепости – Реван-кала и была центром Чухур-Саадского бейлербейства. В дальнейшем Реван-кала стала городом Реваном, далее Иреваном. Затем в период ослабления Сефевидской империи образовалось свыше 20 независимых азербайджанских ханств, одним из которых и стало Иреванское, просуществовавшее вплоть до вторжения в регион Российской империи и захвата Иревана в начале XIX века.

Подробнее о возникновении города Иревань по ссылке: http://www.caucasianhistory.info/2015/11/irevan2.html

В 1921 году город Эривань стала столицей Армянской Советской Социалистической Республики. В 1936 году армянами была сделана очередная попытка арменизировать этот старинный тюркский город – Эривань была переименована в Ереван.

К началу 1989 года коренное тюркское население города было изгнано из Армянской ССР. Пришлый элемент на Кавказе (первые массовые поселения армян появились на территории современной Республики Армения в начале XIX века) – армяне стали хозяевами земель северо-западной части исторического Азербайджана.

Однако вернемся к имевшему место в советское время искусственному удревлению истории города Еревана. Это случилось после того, как в 1950 годах советские археологи расшифровали надпись, говорящую о сооружении на месте современного Еревана урартской крепости Эребуни в 782 г. до н.э., что моментально стало основанием для властей Армянской ССР отпраздновать 2750-летие Еревана в 1968 г. Хотя в надписи упоминаются три клинописных знака «РБН» (в древности гласных букв не было), это незамедлительно было расшифровано как «Эребуни». К тому же не было в древней надписи и четкого указания географического расположения города «РБН».

Об этой странной истории пишет исследователь Шнирельман:«Вместе с тем, никакой прямой связи между археологическим открытием и состоявшимися позднее празднествами (в Советской Армении) не было. Действительно, ведь пышный общенародный праздник организовали не археологи, а власти Армении, затратившие на это огромные средства. … Да и какое отношение имеет столица Армении, Ереван, к урартской крепости, связь которой с армянами еще требует доказательств? Ответ на поставленные вопросы не представляет секрета для того, кто знает новейшую историю Армении. Искать его надо в событиях 1965 г., всколыхнувших, как мы увидим ниже, всю Армению и давших мощный импульс подъему армянского национализма». (Войны памяти, Мифы, идентичность и политика в Закавказье, В.А.Шнирельмана).

То есть если бы не было случайной и неправильно расшифрованной археологической находки, то армяне так и не узнали бы о том, что их «родному» Еревану оказывается свыше 2800 лет. А ведь если Ереван является частью древнеармянской культуры, то это сохранилось бы в памяти, истории армянского народа и армяне все эти 28 веков должны были бы праздновать основание своего города.

Различные историки и исследователи армянского происхождения в своих трудах особо подчеркивают, что армянский (хайский) этнос не имеет прямого отношения к кавказским народам и в частности к Кавказской Албании.

В частности армянский историк, профессор Колумбийского университета Джордж (Геворк) Бурнутян пишет: «Ряд армянских историков, говоря о статистике после 1830-х гг., неверно оценивает количество армян в Восточной Армении (под этим  термином Бурнутян подразумевает кавказские территории к востоку от реки Арпачай) в годы персидского владения (т.е. до Туркменчайского договора 1828 года), приводя цифру от 30 до 50 процентов от общего населения. В действительности же, согласно официальным статистическим данным после российского завоевания армяне с трудом дотягивали до 20 процентов общего населения Восточной Армении, в то время как мусульмане составляли более 80 процентов. В любом случае, до российского покорения армяне здесь никогда не были в большинстве. Несмотря на то, что Камеральное Описание свидетельствует об армянском большинстве в нескольких махалах Восточной Армении, это изменение произошло уже после эмиграции более 35 тысяч мусульман из этого региона. Таким образом, нет никаких свидетельств армянского большинства ни в одном округе в годы персидской администрации (до завоевания региона Российской империей). Пожалуй единственным местом, где армяне составляли на местном уровне большинство, был Карбибасарский махал, в котором располaгался армянский духовный центр Уч-килиса (Эчмиадзин). С отъездом тысяч мусульман и прибытием сюда из Персии и Османской Империи 57 тысяч армянских иммигрантов к 1832 году христианское населениe значительно выросло и сравнялось с мусульманским. И всё же только после русско-турецких войн 1855-56 и 1877-78 гг., в результате которых в регион из Османской Империи прибыли ещё больше армян, a отсюда уехали ещё больше мусульман, армяне наконец достигли здесь большинства населения. И даже после этого вплоть до начала XX века город Иреван оставался преимущественно мусульманским». (Джордж Бурнутян, «Этнический состав и социально-экономическое положение в Восточной Армении в первой половине XIX века» (The Ethnic Composition and the Socio-Economic Condition of Eastern Armenia in the First Half of the Nineteenth Century), в книге «Закавказье: национализм и социальные изменения» (Transcaucasua, Nationalism and Social Change. Essays in the History of Armenia, Azerbaijan, and Georgia) подред. Рональда Григора Суни (Ronald Grigor Suni), 1996, сс. 77-80.)

HDceURJaJrw

Согласно статистическим данным, которые этот армянский историк приводит в своей работе, в 1826 году в Иреванском xанстве проживали 54.810 тюрок, 25.237 курдов, 20.073 армян и около 10.000 персов из числа администрации и расквартированных здесь военнослужащих; в Нахчыванском xанстве значились 17.138 тюрок и курдов (вместе), около 3.000 членов персидской военно-гражданской администрации и 2.690 армян; в Ордубаде же проживали 7.664 мусульман и 2.388 армян. Таким образом, всего в Восточной Армении по данным на 1826 год количество мусульман и армян составляло, соответственно, 117.849 и 25.151.

Однако в течение каких-то шести лет демографическая картина резко меняется. Так, по данным на 1832 год в новосозданной Эреванской губернии (ханство было упразднено Российской империей) соотношение было уже следующим: 65.280 армян, 49.875 тюрок и 7.813 курдов; в Нахчыванском регионе 17.138 мусульман и 13.369 армян, а в Ордубаде, соответственно, 7.247 и 3.728. Всего по данным на 1832 год в регионе проживали уже 82.073 мусульман и 82.377 армян (из которых коренными были 25.151 армян, прибывшими из Персии – 35.560 человек, а из Турции – 21.666). То есть, за какие-то 6 лет количество мусульман в этой «исконно-армянской» земле сократилось почти на треть, а количество армян за счет переселенцев выросло в 3.5 (!) раза, и только после этого соотношение мусульман и армян сравнялось. Комментируя эту демографическую динамику, армянский историк пишет следующее: «Как видно из статистики, до российского завоевания армяне составляли около 20 процентов общего населения Восточной Армении, а мусульмане – 80 процентов. После российской аннексии из Персии и Османской Империи сюда прибыли 57 тысяч армянских иммигрантов, и 35 тысяч мусульман покинули Восточную Армению. К 1832 году армяне составили половину общего населения». (Ibid, с. 79).

Вот что писал И.М.Дьяконов в своей книге:

fa1p_0WhnsQ

Еще один армянский историк, профессор Мичиганского университета Рональд Суни (Ronald G. Suny), в своей книге «Взглядом в сторону Арарата», пишет: «С древнейших времён и в средние века Карабах был частью княжества (в оригинале «королевства») кавказских албанцев. Эта самостоятельная этно-религиозная группа, уже не существующая в наши дни, была обращена в христианство в IV веке и сблизилась с Армянской церковью. Со временем высший слой албанской элиты арменизировался. Когда в ХI веке Сельджуки вторглись в Закавказье, начался процесс исламизации, результатом которого было обращение в мусульманскую веру населения низменной части Карабаха. Этот народ, являющийся прямым предком сегодняшних азербайджанцев, говорил на тюркском языке и принял Ислам шиитского толка, распространённый в соседнем Иране. Нагорная же часть(Карабаха) осталась преимущественно христианской, и со временем карабахские албаны слились с армянами. Центр албанской церкви Ганзасар стал одним из епископств Армянской церкви. Отголоски же некогда независимой национальной церкви сохранились лишь в статусе местного архиепископа, именуемого Католикосом»
(Prof. Ronald Grigor Suny, «Looking Towards Ararat», 1993, p. 193).

Другой западный историк Сванте Корнелл, опираясь на российскую статистику, также приводит динамику роста армянского населения в Карабахе в XIX веке: «Согласно российской переписи, в 1823 году армяне составляли 9 процентов от общего населения Карабаха (остальные 91 процент были зарегистрированы как мусульмане), в 1832 году – 35 процентов, а в 1880 году достигли уже большинства – 53 процента» (Сванте Корнелл, «Малые нации и великие державы: вопрос этнополитических конфликтов на Кавказе»
(Svante Cornell, «Small Nations and Great Powers: A Study of Ethnopolitical Conflict in the Caucasus», RoutledgeCurzon Press), 2001, с. 68.

Религиозная схожесть между албанами и армянами приводила к тому, что их часто путали и считали за одно целое, хотя это разные этносы. С таким же успехом к примеру всех персов, арабов и тюрок называют мусульманами, однако это не значит есть такой этнос как «мусульмане».

Поэтому не удивительно, что в некоторых средневековых источниках населявших в те времена Карабах кавказских албан вследствие схожести церковных обрядов ошибочно называли армянами. В качестве аналогии можно привести также пример ошибочного именования в наши дни иудейской части татов — «горскими евреями», хотя, кроме общности религии, к этническим ивритоязычным ашкенази и сефардам, персоязычные таты-иудасты не имеют никакого отношения. Точно так же до революции 1917 года азербайджанских тюрок в России ошибочно называли «татарами» (вследствие схожести языка и религии), хотя понятно, что поволжские татары-кипчаки и закавказские азербайджанцы-огузы – это два совершенно разных народа, хоть и родственные. Отчасти это результат обычного незнания основ этнографии, отчасти же – результат стереотипов. К примеру, жителей Дагестана иногда ошибочно называют «лезгинами», хотя многонациональный народ Дагестана состоит не только из одних лезгин. Или же вспомним, как на Западе всех жителей СССР называли «русскими».

Ссылка: www.rizvanhuseynov.com